Бездетность

Моя попытка №... Не теряющим надежду посвящается

Сразу хочу предупредить — беременным и кормящим лучше не читать!

Моя первая беременность была желанной. Токсикоз, конечно, замучал. Четыре месяца я питалась хлебом с растительным маслом и луком. Похудела. Доктор ругался, зато ни разу не простыла. Во второй половине стало что-то тяжело ходить, больше лежала. Читала, мечтала и спала. Вся эта сказка закончилась на 30-й неделе...

День не ощущала шевелений, ночью началось сильное кровотечение. Повезло в том, что дежурил наблюдающий меня врач. Сразу узи — ребенок замер несколько часов назад, надежды никакой, надо срочно оперировать. Я в шоковом состоянии, одна единственная мысль «Почему?» Мелькание ламп на потолке, как в кино и вопрос хирурга перед операционной: «Вы понимаете, что мы сейчас спасаем вашу жизнь и это самое важное?» Я кивнула, но, как оказалось потом, я не понимала. В голове полная пустота, недоумение от того, что в роддоме не могут найти станка для бритья... Последнее, что помню, слова анестезиолога: «Брей против шерсти»…

Очнулась от того, что кто-то настойчиво зовет и тормошит. Стоит передо мной хирург «У Вас сильная потеря крови. Матка вся пропитана. Я должен был ее удалить, но на свой риск оставил... Вы же еще хотите ребенка...» Так мне повезло в первый раз...

(До сих пор не понимаю, почему в роддомах нет психологов? У нас был сын. Мы даже знали, как назовем — Антошкой. Он не возражал. Каждый раз, когда мы называли его по имени, он толкался. Вообще это ощущение толчков внутри... Это такой... даже не кайф... это круче...)

Потом я увидела заплаканного мужа, а у меня не было сил даже плакать. Хотелось только спать, спать, спать. Я и проспала почти сутки. Иногда открывала глаза, когда ставили капельницу, когда приходили муж с мамой, доктор. Открывала и думала, а зачем мне это? Какой смысл теперь жить? Вечером смотрела на очередную капельницу и думала, вот она закончится, и не буду никого звать, чтобы сняли, я не хочу больше быть... (Как показал дальнейший опыт, даже если капельница закончилась, то еще минут 15 можно не переживать, медсестра успеет вспомнить).

Нас в палате было четыре человека. Все после кесарева. Только тем троим повезло. Утром девочкам принесли малышей на первое кормление. Я отвернулась к стене, зарылась в подушку и рыдала.

Когда смогла сползать с кровати — выходила в коридор и ползала вдоль стеночки. Каждый день просила перевести из реанимации в простую палату. На пятый день перевели. Одна в палате. Хорошо... Только за стенкой детское отделение. Спасло то, что в этот день ко мне пришла проведать подруга. В палату ее не пустили, так она села на травку под окном, вытащила зонтик и так просидела 5 часов, развлекая меня разговорами...

Ночь я не спала, слушала, как кричат малыши за стенкой. На следующий день пошла к врачу и поросилась домой, иначе просто сойду с ума. Он на меня посмотрел и отпустил. Хотя надо было еще швы снимать...

Первое, что началось дома — начало течь молоко. Почувствовала мокрый рукав, сняла рубашку, а молочко просто по руке течет ручейком. Сидела сцеживала, чтобы снять боль и думала. Так хотелось, чтобы было много молочка, чтобы малышу хватало, чтобы подольше покормить... А теперь...

Дома я выла. Утыкалась в подушку и выла, выла, выла... Никого не могла видеть, кроме мамы и мужа. Не могла выйти на улицу, меня бросало в дрожь от солнца, тряслись руки. Вообще было ощущение, что с тебя живьем содрали кожу, и абсолютно все, даже легкий ветерок, вызывал сильную боль. Болело все, от макушки до пяток. Иногда было ощущение, что я стою на краю пропасти, спиной к ней. Оттуда тянет сильным холодом и меня затягивает туда вниз, тянет, как магнитом.

Как мои это выдержали, не знаю. Истерики были раз по пять на день. Я кричала, что полное ничтожество, неудачница, давай разведемся... Муж потерпел немного, потом запихнул меня в машину и увез к родственникам в другой город. (Тула, спасибо тебе большое!)

Это отвлекло, но как-то не совсем помогло. В один прекрасный момент мне попалась на глаза статья на обрывке газеты. Был какой то суд над насильником. Он насиловал и убивал детей, и на этом суде были родители его жертв. И мне стало стыдно. Если мне так плохо, то КАК ПЛОХО должно было быть им, слушавшим все это в подробностях?

И я стала учиться жить заново — вышла на работу, поставила себе цель — влезть к лету в любимые брюки, пошла в тренажерный зал, начала вышивать... И хвалила себя, хвалила, хвалила, хвалила. За все, за малейшее достижение.

Мы пошли по врачам и обследованиям. Ничего особенного не нашли, списали на повышенное давление.

Через год мы сделали еще одну попытку, хотя доктор раньше, чем через три года не разрешал. Но я бы столько не выдержала... Попытка удалась. Я была очень осторожна. Ушла на больничный, гуляла, сдавала все анализы (хотя это все было и при первой беременности), думала только о хорошем. На 12-й неделе началось кровотечение. Меня положили на сохранение, сделали узи — все нормально, ребенок жив. В этот же день у меня поднялась температура, лихорадка — я простыла. Уколы, лекарства — кровотечение остановили и через неделю выписали.

В эту же ночь кровотечение опять возобновилось. Попадаю в ту же больницу, только на другой этаж. Делают узи — беременность замерла, причем давно. На автопилоте иду в палату, в коридоре стоят мама и свекровь. Свекровь от этой новости падает в обморок, ей вызывают скорую, а мы с мамой 6 часов сидим в коридоре и ждем выскабливания. Потом мне сказали, что плод начал уже разлагаться... Так мне повезло во второй раз...

После этого я решила, что с меня хватит. Я не железная и тело мое, и мне надоело, что в него лезут железками. Если и будет ребенок, то приемный.

Последняя «процедура» оказалась неудачной, началось сильное воспаление. Мы стали искать хорошего врача. Нашли. Совместными усилиями этого доктора и участкового гинеколога вылечили. Все это время муж настойчиво внушал мне, что мы должны родить своего. Убедил. Сдаю я последние анализы, все ОК и по своей наивности спрашиваю, ну, когда же можно уже пытаться. А доктор мне: «А кто вам сказал, что сможете сразу забеременеть после такого воспаления?».

В общем, сделали мы снимок, и доктор-таки был прав. Если мне это и удастся, то никаких гарантий, что беременность будет маточная. «Езжай на грязи». Поехала.

(Сейчас, оглядываясь назад, я понимаю, сколько людей мне помогло. И на работе, и в больнице, и в монастырях, куда мы ездили. Знакомых и незнакомых людей, которые что-то советовали, доставали путевку, молились за нас. Спасибо им за это ОГРОМНОЕ!)

Там мне повезло в третий раз — лечащий врач назначила столько процедур, что я бегала как угорелая по этажам, еле успевая на все назначенное... Бегала не зря.

«Залетела» после первой же попытки. Как оказалось, самое трудное еще впереди. Полосочки-то две, а на узи не видно зародыша. Т.е. яйцеклетка есть, прицепилась в матке, а зародыша не видно. «Приходите через дней 10». В общем, нашелся этот зародыш через 10 дней, но, мама дорогая, чего это стоило!

Мы не говорили никому, только моей маме. Я даже дышать старалась осторожно. Но заноза в голове расслабиться не давала никак. Постоянно прислушивалась к себе, все ли нормально, нет ли чего «не того?». На 12-й неделе положили меня сохраняться «на всякий пожарный». Сразу скажу, так хорошо я еще никогда в больнице не лежала — у нас была такая чудесная компания, что скорее походило на пионерлагерь, а не на «сохранение». Мы ржали (в буквальном смысле) так, что прибегали врачи со словами, что мы перепугали весь этаж.

В общем, домой я выбиралась недели на полторы, а потом опять на «лежку». Даже сумки не разбирала. Начиналось все хорошо, а потом повалило, как снежный ком. То анализы плохие, то тонус, то простуда. При первой простуде я в предыстерическом состоянии (свежа в памяти вторая попытка) побежала к доктору, он выслушал и отправил на УЗИ. А уже вечер, работает только платная, по предварительной записи. Муж приехать не может, присылает знакомого, галопом летим туда, я умоляю в очереди пропустить, влетаю в кабинет, говорю, можно ничего не рассматривать, только скажите — бьется ли сердечко? Там как-то странно на меня покосились, ложись, говорят. Все бьется, нормально. Денег не взяли. Очередь выдохнула, когда я вышла из кабинета.

При следующих простудах я уже так не паниковала, но шевеления «пасла» постоянно. С 14-й недели (хотя мне доктор не поверил, но таки с 14-й) моя рука просто приросла к тому месту, где плавало наше чудо. Любимой фразой доктора стала «Убери руки от живота». Рука убиралась, чтобы через минуту вернуться. Я даже спала так.

В общем, лежу я, лежу, колюсь, ем, сплю, (не вышиваю — доктор запретил!), читаю, разукрашиваю (хороший релакс, между прочим), «пасу» детеныша и понимаю, что этот детеныш начинает как-то вниз сильно давить, чуть ли не вылезти хочет. Это на 20-й то неделе!!! Начала укорачиваться шейка... Новый год я встречала в коленно-локтевой позе, попой (пардон) кверху. Так мы возвращались вверх и переставали давить маме на шейку матки и на нервы. Зато встречала дома, слезно выпросила у любимого доктора.

Смотрел он на мою позу, смотрел и сказал, что надо швы накладывать. Ну я уже со многими за это время познакомилась, порасспросила, понасмотрелась... Ну надо, так надо. Подумаешь пару деньков полежу, зато потом никаких мыслей, что дите выпадет.

Пару деньков превратились в 10 недель диагонального положения головой вниз.

Сразу после операции у меня начали подтекать воды. Уколы, таблетки, капельницы, уколы, таблетки, капельницы... Колоть уже просто было некуда, гормоны вытекали из места уколов... Ела только для того, чтобы не пить таблетку на голодный желудок. Практически все, чем так хочется себя побаловать на последних месяцах — нельзя, так как кишечник не работает. Кстати, хождение на судно в присутствии четырех посторонних человек реально излечивает если не от всех комплексов, так от 90% точно.

Страх поселился в позвоночнике. Маловодие, гипоксия... У меня постоянно повышенная температура, чередующиеся простуды и плохие анализы. Врачи заходили ко мне со словами «Лежишь? Ну, лежи, лежи...» Потом стали обходы на экскурсию водить...

Все это время мама была рядом, уезжала в 10 вечера, приезжала в 8 утра. Через неделю ее стали принимать за сотрудника. Делала уколы, бегала за медсестрами, кормила, мыла, утешала, молилась. Муж вкалывал на работе, потому что деньги на лекарства уходили бешеные. Каждую неделю меня вывозили «на променад» в кабинет УЗИ. Учтите, мне нельзя было вставать. После первой такой транспортировки, когда две молоденькие сестрички пытались меня перетащить с кровати на каталку, а потом обратно, на эти «выезды» стал приезжать муж.

Было уже 7 месяцев, а легкие не открывались... воды вытекали, ребенок все так же давил вниз, доктор начал поговаривать о покупке лекарства для открытия легких «на всякий пожарный». Я думала, что хуже не бывает. Оказалось, бывает. Доктор подхватил воспаление легких. Заменяющий его врач при первом же тонусе решила снимать швы. «Вы же понимаете, что шансы очень малы?».

Я позвонила доктору на мобильный и решила, что вцеплюсь в кровать и буду орать так, что прибегут из соседнего корпуса, но с места не сдвинусь. Пришла старенькая профессор, осмотрела меня и сказала: «Оставьте девочку в покое. Пусть лежит. Я и не такое видела».

Мне опять повезло. Муж ездил по церквям и монастырям, привозил священника, меня исповедовали и причащали, приходили в гости девочки, с которыми я лежала, шли дни. В окошко было видно кусочек хмурого неба и угол соседнего корпуса, трещинки на потолке и стене я знала наизусть. Безумно хотелось в душ. И в один из выходных мне его устроили. Привезли тазиков, застелили кровать клеенкой и немного меня «сполоснули». Оказывается, какое это счастье — вымытая голова!

Где-то на 35-й неделе легкие открылись!!! Уже появилась какая-то надежда. Но тут мне стали намекать, что при такой беременности ребенок может (выберите понравившийся вариант):

а) родиться с сильными отклонениями

б) сразу попасть в реанимацию

в) оказаться нежизнеспособным

Мы взяли благословение у священника на то, чтобы окрестить ребенка сразу самим (если получится). Мне хотелось иметь возможность поставить свечку хотя бы за одного малыша.

На 36-й сняли швы и разрешили вставать. Ага! Я и сидеть-то разучилась. Никогда не забуду, как радовалась мама, когда утром обнаружила меня стоящей у окна (целых два шага самостоятельно!).

Моя голова совсем растерялась от этого и отомстила мне давлением под 200. Денек его попытались сбить, оно сопротивлялось. Утром пришел любимый доктор, посмотрел на него (давление) и спросил: «Уже ела, пила? Нет? Молодец!» И ушел. Ну, мы-то уже опытные... Начали собирать вещи, позвонила мужу. Тот не поверил. Перезвонил доктору, тот в отказ: «Я ничего не говорил, все нормально, это она выдумывает». Сразу пришел ко мне и велел быть готовой к двенадцати ноль ноль.

В общем, за всей этой суетой я даже испугаться не успела. Только уж больно долго к наркозу в операционной готовили, замерзла и стала на столе подпрыгивать...

Так хорошо мне еще не было ни разу после наркоза! Ничего нигде не болит и не давит! Все в дымке, парю на облаке, перед глазами все плывет... Но одна мысль четко долдонит: «Если на руке привязана клееночка, то все хорошо». Поднимаю руку, щурюсь... ПРИВЯЗАНА!!! Все, можно отключаться! Ага, счас. Рядом сидит какой-то дяденька и не дает уснуть. Медсестричка говорит, что оставь ее в покое, пусть поспит. А он в ответ «Ага, она когда спит — дышать забывает». Тут уж мне расхотелось спать самой. Стала пытаться прочитать, что же там на клееночке написано? К вечеру прочитала... даже 2,5 кг не нарастили, ладно, откормим...

Сразу откормить не вышло. 10 дней меня продержали на антибиотиках, цедилась, выливала. Еще мои ноги сошли с ума, они опухли так, что ходить было невозможно. Боль была такая, что боли от шва я не чувствовала. Вообще операцию я забыла практически сразу, в отличие от первого раза.

Приносят мне мою девочку, положили рядом, а я ее и взять то не могу — уроню. Смотрю на нее, реву, она на меня таращится и взгляд такой серьезный... Погладила по щечке, нащупала пяточку в пеленке и сижу «в нирване».

Выписали нас через две недели. Выползала я из роддома с палочкой на полусогнутых, чудного серо-зеленого цвета, ребенка могу держать только сидя... и, завидуйте все — с весом на 4 кг меньше, чем было до беременности! Вышла я за двери, вдохнула свежего воздуха, посмотрела на цветочки желтенькие и... ну, да, стала реветь. На этот раз — от радости...

Я вам еще не надоела? Тогда еще пару слов. Лежала я с девочкой — две внематочные, труб нет, два ЭКО сорвались на разных сроках. Она потеряла на шестом месяце двойню после третьего ЭКО. Через пару месяцев я встретила ее с мужем у доктора. Они пришли готовиться к очередной попытке...

( 3 голоса: 1.67 из 5 )
Юлия Кожемяченко

Юлия Кожемяченко

Читать отзывы

Версия для печати


Смотрите также по этой теме:
Детей нельзя «завести» (Андрей Лоргус, священник, психолог)
Антон и Виктория Макарские: мы мечтали о ребенке 12 лет
Без детей (Анастасия Коскелло)
Почему Бог не дает детей? (Наталия Сухинина, священник Максим Брусов)
Почему не наступает беременность? (Татьяна Сушкова, кандидат медицинских наук)
Для полноты семьи достаточно любви (Семейный психолог Ирина Рахимова)
Рождение ребенка — дар Божий (Ирина Мошкова, кандидат психологических наук)
Моя четвертая попытка (shenlina)

Самое важное

Лучшее новое

диагностический курс

© «Настоящая любовь». 2007-2016. Группа сайтов «Пережить.ру».
Без разрешения редакции допускается использование на одном сайте не более одного материала с www.realove.ru.
При воспроизведении материала обязательна гиперссылка на www.realove.ru
Редакция — info(гав)realove.ru.     Разработка сайта: zimovka.ru     Вёрстка: rusimages.ru